Борис Базанов: «ИИ отменяет не профессию, а идиота»
Как устроен рынок управленческих позиций сейчас?
Как устроен рынок управленческих позиций сейчас? Плохо. Вакансий по верхним уровням очень мало, зарплаты упали ощутимо. Я никогда не искал работу — она приходила сама. Вышел из О'КЕЙ, сказал знакомым, что смотрю рынок. Подождал. 1 июня понял, что предложений мало. Это был неожиданный опыт для меня лично. Хорошо работает только одно: нетворк и конференции. Ни одного лида с профильных сайтов, ни одного от рекрутинговых агентств. Один лид пришел от человека, который услышал меня на конференции и через несколько рукопожатий вышел на нужных людей. Вот это работает. Куда идти с ДНК диджитал-директора офлайн-ретейла? Консалтинг — это наш способ не называть себя безработными. Агентство — не хочу: я ушел оттуда именно потому, что люблю фокус на одном продукте. Когда тебя бросают в разные проекты, интерес теряется быстро. Мой ответ — ретейл. Желательно с e-com, но ретейл в любом случае. Мне важно понимать, что-то, что я делаю, имеет смысл для людей. В ретейле ты кормишь людей или помогаешь им обустроить дом. Это осязаемо. Конференции, честность и профессиональная ответственность Почему ты так много выступаешь? Мне стало интересно влиять не только на свою компанию, но и на рынок в целом. Если есть возможность заставить несколько сотен человек посмотреть на привычные вещи под другим углом, почему ей не воспользоваться? У нас слишком много практик делают по инерции — просто потому, что так принято. Если после моего выступления хотя бы несколько человек начинают задавать вопрос «чтобы что?», значит, я вышел на сцену не зря. Ты агрессивно реагируешь на ерунду, сказанную со сцены. Это принципиальная позиция? Да. Когда площадка рассказывает, что самый дешевый CPM (стоимость тысячи показов) — это аргумент для покупки, я говорю: нет. У меня самый низкий DRR (доля рекламных расходов) с площадки с самым высоким CPM. Это бизнесовая метрика, а не стоимость тысячи показов. Меня туда пускать нельзя — сдерживаться не буду. В 24-м году все выходили на сцену и говорили: все растет. Я начал спрашивать: у кого? Долг — да, весьма активно. Кредитные ставки — тоже. Люди уходят с конференции и думают: у них все хорошо, а у нас плохо — мы идиоты. Нет. Плохо у всех. Скажи об этом вслух — и скажи, что ты с этим делаешь. Или честно признай: не знаю. Это тоже ответ, и он ценнее красивых слайдов. Я преподаю в РЭУ им. Плеханова как приглашенный лектор. Учу студентов одному: смотрите, что вам показывают. Учитесь видеть разницу между голым фактом и его трактовкой. Русский язык богатый — одно и то же можно подать очень по-разному. Регулятор и российский диджитал-рынок Что с российским диджиталом не так? Регулятор превратился в карательный орган, а должен быть регулирующим. Разница принципиальная. Легитимизация нужна — это обязательное условие развития молодого рынка. Но посмотри, что регулятор сделал с едой за двадцать лет: в начале нулевых ты не знал, можно ли купить шаурму. Сейчас качество продуктов и ресторанов — потрясающее. Регулятор умеет работать, когда регулирует, а не карает. Российский диджитал — один из лучших в мире. Рубить его директивными методами — ошибка, которая стоит рынку очень дорого.